Токарева С.Н. Оплата труда служащих милиции в период военного коммунизма и первые годы новой экономической политики: на примере Курской губернии


Токарева Светлана Николаевна

кандидат исторических наук, докторант Курского государственного университета

 

Оплата труда служащих милиции в период военного коммунизма и первые годы новой экономической политики: на примере Курской губернии

 

Послереволюционные годы стали для России одним из сложных испытанием. На фоне гражданской войны, интервенции и нестабильной общественной обстановки в стране обостряются финансовые проблемы, остро проявлявшиеся в повседневной жизни граждан. Внутренняя социально-экономическая и политическая система Советского государства с середины 1918 г. до весны 1921 г. (решение Х съезда РКП(б) от 15 марта 1921 г. о переходе к новой экономической политике) называется военным коммунизмом. Реально же эти границы можно расширить, так как еще с ноября 1917 г. началась эпизодическое огосударствление (отдельных предприятий), в декабре были национализированы банки, к концу того же месяца внешняя торговля была поставлена под контроль Наркомата торговли и промышленности. Последствия военного коммунизма в РСФСР также не прекратились в марте 1921 г. и поэтому верхняя граница также размыта и растягивается практически до конца года. Характерными признаками всего этого периода были централизация управления экономикой, национализация промышленности, свертывание товарно-денежных отношений, запрещение частной торговли, государственная монополия на ряд продуктов сельского хозяйства, продразверстка, милитаризация труда, уравнительное распределение материальных благ.

Курский губернский отдел труда объявлял, что в губернии остаются в силе тарифные ставки, утвержденные Всепрофсоветом и Народным комиссариатом труда, вошедшие в силу с 1 сентября 1919 г. Причем Отдел труда извещал, что если эти ставки были повышены, то по получении распоряжений из Центра рабочим и служащим будет выплачена разница.

В органах милиции также каждой должности соответствовал определенный разряд и соответствующая ставка оплаты труда. Стоит отметить, что для одного и того же уровня для центральных, городских и уездных сотрудников милиции предусматривалась дифференцированная система заработной платы (см. табл. 1), причем достаточно существенная.

 

Таблица 1. Сравнительная таблица ставок оплаты труда (в руб.)[1]

 

Разряд

Для г. Москвы

Для г. Курска

Для уездов

Разряд

Для г. Москвы

Для г. Курска

Для уездов

 

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

 

 

1200

1290

1380

1460

1540

1620

1700

1780

1860

1940

2020

2100

2200

2300

2400

2500

2600

2700

 

960

1032

1104

1168

1232

1296

1360

1424

1488

1552

1616

1680

1760

1840

1920

2000

2080

2160

 

780

838,50

897

949

1001

1053

1105

1157

1909

1261

1313

1365

1430

1495

1560

1625

1690

1755

 

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33

34

35

 

 

2800

2900

3000

3100

3200

3300

3400

3500

3600

3750

3900

4050

4200

4350

4500

4650

4800

 

2240

2320

2400

2480

2560

2640

2720

2800

2880

3000

3120

3240

3360

3480

3600

3720

3840

 

1820

1885

1950

2015

2080

2145

2210

2275

2340

2437,50

2535

2632,50

2730

2827,50

2925

3022,50

3120

 

Из приведенных сведений видно, что оплата труда по разрядам в г. Москве на 20% выше, чем в г. Курске, а в губернском городе на 18,75% выше, чем в уездах. В итоге разница между центром и провинцией устанавливалась более чем на треть, почти на 40%.

По свидетельству московского журнала «Статистика труда» (1919 г.) продовольственный минимум трудоспособного москвича стоил в начале 1919 г. примерно 400 руб. в месяц. По данным того же журнала, в июне 1918 г. зарплата чернорабочего (самая низкая из опубликованных) составила 288 руб., а средняя зарплата по Москве – 381,96 руб.[2]

Соответствие определенных милицейских должностей разрядам можно проследить по таблицам 2–5. В них отражено изменение тарифных ставок с 1 сентября 1919 года.

 

Таблица 2. Тарифные ставки должностей в милиции на 1919 г. (в руб.)[3]

 

Наименование должности

До сентября

С 1 сентября

Разряд

Ставки в

г. Москва

В г. Курске

В уезде

 

Начальник

Помощник начальника

Начальник района

Помощник его

Конный милиционер старший

Конный милиционер

Пеший милиционер старший

Пеший милиционер

 

Делопроизводитель

Заведующий атр. столом

Заведующий арестным домом

Делопроизводитель II разряда

Архивариус

Помощник делопроизводителя

Машинистка I разряда

Машинистка II разряда

Журналист

Курьер

 

Канцелярия районных начальников:

Делопроизводитель II разряда

Конторщик III разряда

Журналист

Машинистка I разряда

Машинистка II разряда

Курьер

Заведующий арестным домом

 

 

19

18

17

15

14

13

12

11

 

15

15

15

13

11

11

8

6

7

4

 

 

 

11

7

7

8

6

4

15

 

1510

1430

1360

1220

1160

1100

1050

1020

 

1220

1220

1220

1100

1020

1020

920

850

890

770

 

 

 

1020

890

890

920

850

770

1220

 

2240

2160

2080

1920

1840

1760

1680

1616

 

1920

1920

1920

1760

1616

1616

1424

1296

1360

1168

 

 

 

1616

1360

1360

1424

1296

1168

1920

 

1820

1755

1690

1560

1495

1430

165

1313

 

1560

1560

1560

1430

1313

1313

1157

1053

1105

949

 

 

 

1313

1105

1105

1157

1053

949

1560

 

Данные таблицы свидетельствуют о том, что начальствующий состав милиции (начальник милиции, его помощник, начальники районов и их помощники) классифицировался с 19 по 15 разряды, хотя, как мы видим из таблицы 1, всего устанавливалось 35 разрядов. Труд милиционеров различных категорий оплачивался по 14–11 разрядам. Наиболее квалифицированные работники канцелярии (делопроизводители, архивариусы) получали заработную плату по 15–11 разрядам, а вспомогательный персонал (машинистки, журналисты, курьеры) по 8–4 разрядам. Таблица 2 была составлена не нами, а найдена в документе в этом виде. По нашему мнению, она составлена не корректно (возможно для этого были свои мотивы), так как сравнение идет оплаты милиционеров в г. Москве, г. Курске и его уездах, но данные для провинции представлены на 1 сентября 1919 г., когда эти показатели были уже подняты. Поэтому, не учитывая данного факта, сначала может показаться, что московские ставки ниже курских, что в действительности было не так, если обратиться к данным таблицы 1. Увеличение в сентябре 1919 г. можно проследить, сравнивая показатели для Москвы в таблицах 1 и 2, что в среднем для всех разрядов составляет 46,67%.

Эту динамику изменений в провинции мы можем увидеть, анализируя сведения о заработной плате сотрудников уголовного розыска, содержащиеся в таблице 3.

 

Таблица 3. Оплата труда служащих Курского губернского отдела уголовного розыска в 1919 г.[4]

 

Наименование должности

Разряд

Ставки до

1 сентября 1919 г. (руб.)

Сентябрьские ставки (руб.)

 

Начальник уголовного розыска

Помощник начальника

Заведующий регистрацией преступлений

Сотрудник I разряда

Сотрудник II разряда

Секретарь

Фотограф

Заведующий арестным домом

Делопроизводитель II разряда

Заведующий питомником собак

Помощник его

Машинистка I разряда

Конторщик

Курьер

Журналист

Заведующий боевой дружины

Боевая дружина

 

 

20

19

 

16

16

15

15

15

15

13

19

16

8

6

4

7

12

11

 

1272

1208

 

1032

1032

976

976

976

976

880

1208

1032

736

680

616

712

840

816

 

1590

1510

 

1290

1290

1220

1220

1220

1220

1100

1510

1290

920

850

770

890

1050

1020

 

Как видно из представленных данных работа начальника уголовного розыска и его помощника оценивалась на разряд выше, чем аналогичные должности «общей» милиции. Вероятно, это связано с повышенной профессиональной опасностью на фоне развивающейся преступности. По 19 разряду заработную плату получал заведующий питомником собак, использование которых еще до революционной России позволило повысить раскрываемость преступлений. Сотрудникам уголовного розыска так же устанавливались разряды выше, чем милиционерам (16–15 разряды). Труд канцелярских работников определялся одинаково. Разница увеличения в губернии с 1 сентября 1919 г. по всем разрядам в среднем составила 20%, то есть в два раза меньше чем в столице.

Следующая таблица позволяет рассмотреть ситуацию в уездах относительно уголовного розыска.

 

Таблица 4. Оплата труда в уголовно-розыскных столах уездных милиций Курской губернии в 1919 г. (кроме Курского, Белгородского и Старооскольского)[5]

 

Наименование должности

Разряд

Ставки до

1 сентября 1919 г. (руб.)

Сентябрьские ставки (руб.)

 

Заведующий столом (он же помощник начальника милиции)

Сотрудник II разряда

Делопроизводитель

Машинист-конторщик

Регистратор преступлений

 

 

 

 

15

13

6

16

 

 

 

793

715

553

839

 

 

 

1220

1100

850

1290

 

Сведения таблицы показывают, что оплата работников уголовно-розыскных столов уездных милиций была приравнена к разрядам и ставкам аналогичных должностей в губернском отделе уголовного розыска. Однако до 1 сентября 1919 г. такого равенства не было, видимо, данные сотрудники приравнивались к работникам «общей» милиции. Поэтому увеличение в данном случае составило в среднем 34,95%.

Так же стоит обратить внимание на оплату труда железнодорожной милиции в это же время (см. табл. 5).

 

Таблица 5. Тарифные ставки участковой ж.-д. милиции на ст. Курск–Ямская, Щигры, Льгов, Обоянь, Белгород, Готня и Коренево в 1919 г.[6]

 

Наименование должности

Разряд

Ставки до

1 сентября 1919 г. (руб.)

Сентябрьские ставки (руб.)

 

Начальник

Помощник его

Делопроизводитель

Конторщик III разряда

Заведующий арестным домом

Машинист I разряда

Милиционер старший

Милиционер младший

 

 

19

18

12

7

15

8

12

6

 

1208

1144

816

712

976

736

840

683

 

1540

1430

1050

890

1220

920

1050

850

 

В железнодорожной милиции оплата труда начальника и его помощника, заведующего арестным домом, а также канцелярских сотрудников была аналогичной должностям в «общей» милиции. А вот, работа старших и младших милиционеров оценивалась гораздо ниже – по 12–6 разрядам. Однако денежные ставки по данным разрядам были значительно как до, так и после 1 сентября 1919 г. (в среднем произошло увеличение на 20,61%), по сравнению с милицией и уголовным розыском. Например, с 1 сентября 1919 г. начальник арестного дома по 15 разряду в милиции в г. Курске получал 1920 руб., в уездах – 1560 руб., а в участковой железнодорожной милиции 1220 руб., то есть соответственно на 36,46% и 21,79% меньше.

Однако, несмотря на казалось бы урегулированную систему оплату и повышение тарифных ставок, фактически финансовое положение сотрудников милиции было достаточно тяжелым. Об этом свидетельствуют местные документы. К примеру, начальник Суджанской уездной милиции 17 декабря 1919 г. рапортовал Управлению Курской губернской милиции[7], что служащие милиции не получали жалование за вторую половину декабря и убедительно просил принять самые серьезные меры и сделать распоряжение об удовлетворении сотрудников денежным содержанием, так как ввиду переживаемой дороговизны они вынуждены голодать, «а иначе они разойдутся, не имея возможности содержать себя и семьи», отмечая что служащие других ведомств (Уездные Ревкомы) содержанием были удовлетворены.

К следующему году размер оплаты труда по тарифным ставкам предоставлялся следующим образом (см. таблица 6).

 

Таблица 6. Оклады Курской уездной милиции на 13 января 1920 г.[8]

 

Занимаемая должность

Разряд

Оклад

(в руб. и коп.)

 

Начальник уездной милиции

Помощник его

Начальник района

Старший конный милиционер

Младший конный милиционер

Старший пеший милиционер

Младший пеший милиционер

Секретарь

Заведующий арестным домом

Делопроизводитель

Машинист I разряда

Помощник делопроизводителя

Журналист

Посыльный

 

Делопроизводитель

Машинист

Журналист

Посыльный

 

Оклады уголовно-следственных столов при уездной милиции:

Агент II разряда

Регистратор преступников

Делопроизводитель

Машинист

 

 

22

20

18

14

13

12

11

17

16

15

13-11

14

12

5

 

12

9

8

4

 

 

 

15

15

14

12-11

 

 

2046

1914

1782

1518

1452

1386

1333-20

1716

1650

1584

1452–1333-20

1518

1386

1016-40

 

1386

1227-60

1174-80

963-60

 

 

 

1584

1584

1518

1386–1333-20

 

Данные таблицы свидетельствуют об увеличении в 1920 г. разрядов для милиции и уголовного розыска, в частности начальникам уездной милиции, начальникам районам и их помощникам, заведующим арестным домом и служащих канцелярии (особенно журналисту с 7, на 12). Но все милиционеры и сотрудники уголовного розыска остались по оплате в тех же разрядах.

Условия социально-политического развития страны и обозначенного региона обуславливали нестабильность функционирования местных органов правопорядка. Это сказывалось и на деятельности милиции и на ее финансировании, а в частности оплаты труда. Ситуация не улучшилась и в период новой экономической политики, характеризующейся восстановлением рынка и различных форм собственности, привлечением иностранного капитала в форме концессий, проведением денежной реформы и продналогом.

Слабое, едва начавшее оживать после военного коммунизма народное хозяйство страны ответило на это новой волной обесценения денег. С осени 1921 г. денежное обращение вошло в спираль гиперинфляции. В четвертом квартале 1921 г. среднемесячный темп эмиссии денег составлял 58%, темп роста цен – 112%. В первом квартале 1922 г. эти цифры оказались еще выше: эмиссия – 67% в месяц, рост цен – 265% в месяц. Происходило полное крушение денежного хозяйства[9].

Так, Начальник курской губернской советской милиции Я.С. Борин в своем докладе в Губернский отдел управления за 1921 г. отмечал, что с октября месяца началось самое худшее денежное довольствие. «Жалование само по себе будучи ничтожное (37800 руб. – 200 тысяч) в месяц не получено с августа месяца во многих уездах и за ноябрь, декабрь Губмилиции»[10]. И это несмотря на циркуляр НКВД об оплате в первую очередь жалованья милиции, однако она не получала его в течении 4–5 месяцев или выдавалось в последнюю очередь.

В докладе начальника милиции Курской губернии Сергеева в Курский губернский отдел управления о работе, качественном составе и материальном обеспечении милиции за июль месяц 1922 г. указывалось, что при переходе на новую экономическую политику ассигнуемые кредиты на разные расходы по милиции и содержанию милицейского аппарата были слишком ничтожны. В отношении заработной платы работники милиции находились в крайне тяжелых условиях. Для примера он приводит расчет по 6-му разряду. По ставкам профсоюза оклад содержания определялся 1150 руб. за вычетом стоимости пайка (по расчету Центра 600 руб.). Так на руки причиталось 550 руб., из которых вычитывалось в пользу голодающих 5% – 23 руб., итого получалась сумма в 527 руб., а также с каждого сотрудника милиции высчитывались коммунальные услуги, цены на которые были довольно высокие[11].

Начальник снабжения курской губернской милиции Волков в докладе от 24 июля 1922 г. за № 5707 сообщал, что переход на новую экономическую политику и оплату всех отпусков из органов снабжения наличными деньгами для милиции имел печальное последствие и особенно чувствительно это отразилось на материальном состоянии осенью 1921 года. Жалование было выплачено за август–декабрь. С января 1922 г. был установлен так называемый твердый бюджет, но он оказался неудовлетворяющим все нужды милиции и не покрывающим заработной платы, чем была вызвана огромная задолженность с сентября 1921 г. по май 1922 г. Пополнений и заготовок не производилось, хозяйство милиции окончательно развалилось и пришло в упадок, никакие ходатайства об улучшении в расчет не принимались. С мая 1922 г. ассигнования несколько улучшились, но это не принесло значительного результата, так как дороговизна сделала огромный скачок, и выдаваемых кредитов опять оказалось недостаточно. Так ассигнованная сумма на заработную плату за июнь и июль казалась достаточной, но из-за ввиду огромной задолженности (до 4-х миллиард. руб.) приходилось из этих средств покрывать задолженность за прежние месяцы[12]. В заключении начальник снабжения описывал сложившуюся ситуацию. «При всех вышеизложенных недостатках материальных ресурсах изложенных далеко не полностью улучшить личный состав качественно невозможно, так как всякий желающий поступить, имеющий достаточный опыт в работе узнав ничтожную плату за труд уходит, поступает в учреждение где лучше обеспечивают… Материальная обеспеченность есть причина всякого зла: развитие дезертирства, взяточничества, уголовное преступление, как например: ограбление складов милиционерами охранявшими их, попытка ограбления денежного ящика тоже милиционером охранявшим его и побег на украденных из конного резерва лошади и многое другое. Также расшатывается дисциплина, ибо при наряде на службу, тут же заявляют, что босы, голы и голодны, что у него семья умирает с голоду, просит уволить его. Такой результат и последствие недостатков снабжения Милиции»[13]. В итоге Волков предлагал увеличить денежное содержание, сгладив конкуренцию других учреждений, пополнить из местных средств не достаточный отпуск из Центра на содержание Милиции (на путевое довольствие, канцелярские, хозяйственные нужды и прочее).

В кратком отчете о состоянии курской уездной городской милиции I-е полугодие 1922 г. начальником советской милиции подчеркивалось, что в начале первой половины полугодия выдача половине сотрудникам милиции задерживалась из-за позднего отпуска кредитов, а потом за неимением дензнаков (во второй половине денежное довольствие отпускалось исправно). Авансовые суммы вначале отпускались с трудом и в ограниченном количестве, так что на них сделать и приобрести что-либо было невозможно. Они увеличились при вступлении заведывающего Отдела управления угорисполкома тов. Красникова[14]. Также подчеркивалось, что скудное и зачастую несвоевременно выплачиваемое жалование порождало апатию к несению службы, постоянно ставились вопросы об улучшении труда и быта милиционера в денежном, жилищном отношениях и обмундировании[15].

Таким образом, проблема финансирования милиции и в частности выплата заработной платы служащим в период военного коммунизма и в начале новой экономической политики стояла особенно остро. Не смотря на нормативно установленные разряды и тарифные ставки, реальные выплаты денежных сумм милиционерам составляли не более половины от установленного. Кроме того материальное состояние милиционеров и их семей усугублялась не своевременной выплатой заработной платы на фоне колоссального роста цен. Естественно такие факты не лучшим образом сказывались на эффективности функционирования органов правопорядка.

 



[1] Государственный архив Курской области (далее ГАКО). Ф. Р-323. Оп. 1. Д. 42. Л. 4.

[2] Продуктовая «минималка» 87 лет назад и сейчас //http://www.solidarnost.org/thems/profsoyuznyj-arhiv/profsoyuznyj-arhiv_3729.html Дата обращения 15.09.2011.

[3] ГАКО. Ф. Р-323. Оп. 1. Д. 42. Л. 9.

[4] ГАКО. Ф. Р-323. Оп. 1. Д. 42. Л. 7.

[5] ГАКО. Ф. Р-323. Оп. 1. Д. 42. Л. 5.

[6] ГАКО. Ф. Р-323. Оп. 1. Д. 42. Л. 5.

[7] ГАКО. Ф. Р-323. Оп. 1. Д. 42. Л. 12.

[8] ГАКО. Ф. Р-323. Оп. 1. Д. 42. Л. 20 об.

[9] История кризисов: Денежный хаос в России в 1917–1924 годах. По материалам статьи: Денежный хаос в Советской России // Портфельный инвестор. – 2008, № 12 // http://storyo.ru/379-istorija-krizisov-denezhnyjj-khaos-v-rossii-v.html Дата обращения 12.09.2012.

[10] ГАКО. Ф. Р–323. Оп. 1. Д. 792. Л. 42.

[11] ГАКО. Ф. Р–323. Оп. 1. Д. 792. Л. 194–195.

[12] ГАКО. Ф. Р–323. Оп. 1. Д. 792. Л. 196 об.

[13] ГАКО. Ф. Р–323. Оп. 1. Д. 792. Л. 197 об.

[14] ГАКО. Ф. Р–323. Оп. 1. Д. 792. Л. 235 об.

[15] ГАКО. Ф. Р–323. Оп. 1. Д. 792. Л. 237–238 об.

 




Вконтакте


Facebook


Что бы оставить комментарий, необходимо зарегистрироваться или войти на сайт