Гаврилькова Ксения Евгеньевна "Карточное снабжение в годы Великой Отечественной войны в городе Магнитогорске"


Магнитогорский государственный технический университет им Г.И. Носова

Великая Отечественная война внесла свои коррективы в повседневную жизнь советских граждан. В том числе была произведена перестройка системы обеспечения граждан продуктами питания и промышленными товарами, выраженная в переходе к нормированному, централизованному снабжению, посредством введения карточной. Первыми карточную систему приняли города Москва и Ленинград. Постановлением СНК СССР № 1882 от 18 июля 1941 г. карточная система вводилась только на продукты питания[1].

В Магнитогорске переход к карточной системе происходил постепенно и здесь можно выделить 2 этапа. Первый – подготовительный: на заседании исполнительного комитета Городского Совета рабочих депутатов 9 июля 1941 г. было принято решение «с 16 июля с./г. ввести систему «Предварительных заказов» в г. Магнитогорске с отпуском всего причитающегося количества хлеба на семью»[2]. Данное решение регулировало торговлю хлебом в городе таким образом, что была  запрещена торговля хлебом через сеть столовых, обедающим выделялась норма хлеба «не свыше 300 грамм»[3]. Обязанность выдачи «предварительных заказов» была возложена на «Управдомы  и квартальные комитеты Райисполкомов»[4]. Также этот пункт устанавливал «равномерное распределение населения по магазинам»[5]. Следует заметить, что инициатива введения системы «Предварительных заказов» исходила от местных властей, а не вышестоящих органов. Это позволяет предположить, что ситуация с обеспеченностью города хлебом была не в лучшем состоянии.

Второй этап – непосредственное введение карточек в Магнитогорске. В соответствии с приказом Наркомторга № 298 от 5 августа, постановлением Облисполкома от 12 августа 1941 г. и решением Исполкома Магнитогорского Горсовета, закрепленным в пункте 3, протоколе № 23 от 22 августа 1941 г. «О введении продажи хлеба населению по карточкам»[6]. Согласно протоколу, с 25 августа 1941 г. в г. Магнитогорске было введено карточное снабжение  хлебом.  Местные власти заботились об уменьшении очередей посредством «пересмотра дислокации торговой сети Торга и увеличения количества продавцов хлеба»[7]. К 23 августа планировали «закончить выдачу хлебных карточек на руки рабочим»[8].  Правда в протоколе № 21 за 1 августа 1941 г. содержался пункт 2 «О торговле хлебом»[9], где сообщалось, что «карточки на хлеб и сахар были своевременно получены в Челябинске, но из-за дождей автомашина смогла доставить в Магнитогорск только 31 июля»[10]. И своевременная выдача карточек была сорвана. Но местные власти попытались максимально безболезненно для населения разрешить эту проблему: «торговля хлебом должна была производиться по карточкам с 3 сентября 1941 г., а 1 и 2 сентября отпуск хлеба производился с отметкой на обороте августовских карточек»[11].

Постановлением правительства № 2148 от 19 октября 1941 г. с 1 ноября карточки на продовольственные товары были введены для всего населения страны[12]. По продовольственным карточкам горожане получали хлеб, мясо, рыба, жиры, крупы, макаронные изделия. Соль и чай продавались повсеместно по отдельным талонам или карточкам[13]. По промтоварным карточкам выдавались хлопчатобумажные, льняные и шелковые ткани, чулочно-носочные, швейные и трикотажные изделия, кожаная и резиновая обувь, хозяйственное и туалетное мыло[14].

С 1 января 1943 г. приказом Наркомата торговли СССР «Об упорядочении карточной системы на хлеб, некоторые продовольственные и промышленные товары»[15] вводились единые формы карточек на нормированные товары и платные (5 коп.) стандартные справки на получение этих карточек.

Существовало несколько категорий населения г. Магнитогорска при распределении продуктов по карточной системе. Наиболее высокие нормы были установлены для рабочих, занятых в металлургии и на военных заводах. Они снабжались по первой категории: от 800 гр. – до 1-1.2 кг. хлеба  в день. В других отраслях производства рабочие были отнесены ко второй категории и получали по 500 гр. хлеба. Служащие по 400-500 гр., иждивенцы и дети по 300 – 400 гр.[16]. Отдельно следует сказать о снабжении спецпереселенцев, которых в городе Магнитогорске было довольно весомое количество. Их карточки отоваривались «несвоевременно, обычно после отваривания карточек остальных групп рабочих и служащих»[17]. Наряду с категориями населения, получавшими карточки существовали категории населения, которые находились на полном государственном обеспечении: пациенты домов престарелых, учащиеся ФЗО, воспитанники детских домов. Правда и здесь не обходилось без нарушений. Так, П. Чаухина систематически получала карточку на сына, который учился в ремесленном училище и получал продовольственные карточки по месту учебы[18].

Для руководства нормированным снабжением в стране было создано Управление по нормированному снабжению в составе Наркомата торговли СССР. На областном уровне учреждались карточные бюро, в функции которых входило распределение карточек по городским карточным бюро. Выдачей продовольственных и промышленных карточек занимались исполнительные комитеты городских и районных Советов депутатов трудящихся. Каждый месяц они посылали заявку в областное карточное бюро, где указывали необходимое количество карточек и талонов. Образцы продовольственных и промтоварных карточек утверждались постановлением СНК СССР № 6907 от 18 июля 1941 года[19]. Отоваривание карточек было сопряжено с некоторыми трудностями: «Люди стояли, стояли, стояли, отпрашиваясь уйти ненадолго, возвратившись, вновь стояли, судачили, жалобились, тревожились на перекличках»[20], – вспоминает свидетель тех событий. «Писали номера на руках, слюнявя огрызок химического карандаша. Отмыть цифру не удавалось неделями. Цифры разных очередей путались на ладони – какая вчерашняя, какая теперешняя»[21]. Местные власти в силу своих возможностей пытались решить эту проблему, посредством увеличения количества точек и продавцов в торговой сети[22]. С 1 февраля 1942 г. исполком Магнитогорского Горсовета вводил прикрепительные талоны на хлеб. Теперь потребитель, прикрепляя свои карточки на хлеб к магазину или столовой, оставлял свой талон в торговой единице или столовой[23]. Такой механизм был важным и в том плане, что на основе прикрепленного контингента должен был планироваться «завоз хлеба единицам»[24].

Следить за соблюдением режима экономии были призваны контрольно-учетные бюро (КУБ), созданные в 1942 году. В Магнитогорске функционировало три районных бюро: Кировское, Орджоникидзевское, Сталинское. КУБы проработали до 1945 года, т.е. до окончания войны. В их задачу входило «помочь государству и трудящимся ликвидировать расхищение и разбазаривание продуктов питания и промтоваров»[25]. Карточки месячного пользования выдавались на предприятиях, прикреплялись, т. е. заверялись печатью того магазина или столовой, где их можно было «отоварить». В каждом магазине существовала должность марочника, в обязанность которого входило собирать талоны, наклеивать их на картонку (по 100 шт.), составлять ордер и сдавать в КУБ, где их «гасили» (попросту сжигали). По числу отоваренных талонов определяли, какое количество товаров необходимо завезти в магазин. Контрольно-учетные бюро неоднократно проводили проверки «правильности выдачи карточек»[26], и каждая такая проверка «устанавливала массовые случаи злоупотребления с карточками»[27]: выдача карточек по завышенным категориям, излишняя выдача карточек, отсутствие контроля со стороны руководящих организаций за действиями исполнителей, на коих возложена работа по выдаче карточек[28].

Местная пресса не оставалась в стороне от проблем снабжения города. В газете «Магнитогорский рабочий» за 2 декабря 1942 г. была размещена статья Н. Кириллова, зам. зав. горторготделом горсовета «Осуществим контроль в снабжении трудящихся»[29], которая сообщала, что при проверке предприятий, учреждений и домоуправлений города «вскрыто много фактов неправильной выдачи стандартных справок на иждивенцев»[30], «находились люди, которые пользуясь беспечностью отдельных работников, получали продуктовые карточки на несуществующих лиц»[31], «отдельные лица получали по две карточки, а бывали и такие случаи, когда карточки выдавались людям, не имеющим никакого отношения к производству»[32], например, «работник прокатного цеха И. Пономарев получал карточки на ребенка, которого с апреля с.г. [1942 – прим. автора] нет в городе. Работница комбината М. Головкина в течение девяти месяцев получала продовольственные карточки на ребенка, находящегося в Анненске»[33]. Нужно заметить, что незаконная выдача карточек влекла за собой суровое наказание. Заведующая карточным бюро ММК Плишкина выдавала карточки особой категории работникам УКХ, цеха связи, управления трамвая, хотя они были отнесены к рабочим второй категории, и даже несмотря на запрещение  городского карточного бюро, она продолжала выдавать на протяжении 9 месяцев указанным работникам карточки особой категории. Исходя из этого исполком Магнитогорского Горсовета обязал начальника городского карточного бюро Поляков «оформить и передать материал на заведующую карточным отделом ММК Плишкину следственным органам для привлечения ее к ответственности»[34]. Таким образом, местные власти по возможности старались бороться с «разбазариванием» продуктов питания и товаров народного потребления, зачастую весьма жесткими мерами.

Традиционными для снабжения и торговли продолжали оставаться хищения и спекуляция, а также в последнее время в массовом порядке люди теряли карточки. Прокурор Н. Матвеев с целью предупреждения населения города Магнитогорска написал статью в газете «Магнитогорский рабочий» за 8 июля 1943 года «Сурово карать за хищения и продажу карточек»[35]. Автор посетовал, что «многие граждане проявляют небрежность, продолжая терять хлебные и продуктовые карточки и такой беспечностью пользуются преступники[36].

Местные власти не оставляли горожан, утерявших карточки, наедине со своей бедой. На заседании исполкома Горсовета 11 июня 1942 г. был принят «порядок оказания помощи лицам, у которых похищены карточки на хлеб»[37]. Горторготделу было поручено «выделить из фонда реализации хлеба по коммерческим ценам для отпуска лицам, потерявшим карточки»[38]. Разрешения на отпуск хлеба давались Райсоветами «в пределах 1-дневного лимита хлеба»[39], при этом человек, оставшийся без карточек, должен был иметь при себе «документы, подтверждающие хищение и ходатайство с места работы»[40]. Следует заметить, что подобный пункт в протоколах заседаний исполкома Горсовета депутатов трудящихся встречается на протяжении войны далеко не один раз, что говорит о масштабе этого процесса. Еще одним подтверждением большого числа потерянных карточек – число обращений горожан, утерявших карточки. В одном протоколе могли рассмотреть порядка 10 случаев утери карточек, при этом каждому в итоге выделялась помощь[41]. В 1942 г. отв. исполняющий горного управления комбината В.М.Левкова совместно с А.В.Меркуловой «расхищала карточки»[42] и получали на них продукты из магазина. Сообщниц осудили на 10 лет лишения свободы с конфискацией имущества[43].

Таким образом, в довольно короткий срок был осуществлен переход к нормированному снабжению, которое обеспечивала карточная система. Нельзя отрицать, что нормированное снабжение не всегда было эффективным, но с другой стороны, именно оно стало той необходимой мерой, обеспечившей выживание населения в условиях военного времени.

 

Примечания:



[1] Орлов, И.Б. Карточное снабжение в 1941-1943 гг.: расчеты и просчеты [Текст] / И.Б. Орлов // Современные проблемы туризма. – 2010. - № 3. – С. 37.

[2] МУ МГА. Ф. 10. Оп. 1. Д. 355. Л.194.

[3] Там же.

[4] Там же.

[5] Там же.

[6] МУ МГА. Ф. 10. Оп. 1. Д. 356. Л.147.

[7] Там же.

[8] МУ МГА. Ф. 10. Оп. 1. Д. 356. Л.147.

[9] МУ МГА. Ф. 10. Оп. 1. Д. 355. Л.276.

[10] Там же.

[11] МУ МГА. Ф. 10. Оп. 1. Д. 356. Л.147.

[12] Орлов, И.Б. Карточное снабжение в 1941-1943 гг.: расчеты и просчеты [Текст] / И.Б. Орлов // Современные проблемы туризма. – 2010. - № 3. – С. 37.

[13] Там же. С. 38.

[14] Карабельщиков, П.М. Торговый путь Магнитки 1929 – 2004 [Текст] / П.М. Карабельщиков. – Магнитогорск: Магнитогорский дом печати,  2004. – Глава III. – С. 78.

[15] Орлов, И.Б. Карточное снабжение в 1941-1943 гг.: расчеты и просчеты [Текст] / И.Б. Орлов // Современные проблемы туризма. – 2010. - № 3. – С. 37.

[16] Данилова И.А. Реорганизация работы государственной торговой сети в годы Великой Отечественной войны на Южном Урале [Текст]  / И.А. Данилова // Вестник архивиста. – 2012. - № 2. – С. 166.

[17] Там же. С. 168.

[18] Кириллов, Н. Осуществим строгий контроль в снабжении трудящихся [Текст] / Магнитогорский рабочий. – 1942. – 2 декабря.

[19] Карабельщиков, П.М. Торговый путь Магнитки 1929 – 2004 [Текст] / П.М. Карабельщиков. – Магнитогорск: Магнитогорский дом печати,  2004. – Глава III. – С. 78.

[20] Магнитка и победа [Текст] : научно-публицистическое издание / С.В. Герасимов [и др.] ; отв. ред.  С. Ф. Герасимов. – Магнитогорск : Магнитогорский дом печати, 2009. – С. 232.

[21] Там же.С. 232.

[22]МУ МГА. Ф. 10. Оп. 1. Д. 356. Л.147.

[23] МУ МГА. Ф. 10. Оп. 1. Д. 360. Л.10.

[24] Там же

[25] Кириллов, Н. Осуществим строгий контроль в снабжении трудящихся [Текст] / Магнитогорский рабочий. – 1942. – 2 декабря.

[26] МУ МГА. Ф. 10. Оп. 1. Д. 369. Л. 147-148.

[27] Там же.

[28] Там же.

[29] Кириллов, Н. Осуществим строгий контроль в снабжении трудящихся [Текст] / Магнитогорский рабочий. – 1942. – 2 декабря.

[30] Там же.

[31] Там же.

[32] Там же.

[33] Там же.

[34] МУ МГА. Ф. 10. Оп. 1. Д. 374. Л. 36.

[35] Матвеев, Н. Сурово карать за хищения и продажу карточек [Текст] / Магнитогорский рабочий. – 1943. – 8 июля

[36] Там же.

[37] МУ МГА. Ф. 10. Оп. 1. Д. 362. Л. 101.

[38] Там же.

[39] Там же.

[40] Там же.

[41] МУ МГА. Ф. 10. Оп. 1. Д. 377. Л. 151-152.

[42] Расхитители промтоварных карточек [Текст] / Магнитогорский рабочий. – 1942. – 15 декабря.

[43] Там же.

 




Вконтакте


Facebook


Что бы оставить комментарий, необходимо зарегистрироваться или войти на сайт


Автоматический вход Запомнить
Забыли пароль?



Круглов
Владимир
Николаевич

Ксения, спасибо за доклад! Скажите, а как выживали те, кто терял карточки и не мог из сразу возместить, или те, у кого возникали проблемы с отовариванием карточек? Какие были дополнительные источники продовольствия? И ещё, не было ли возмущений населения дефицитами, махинациями с карточками и прочими неурядицами?



2015-02-28
Гаврилькова
Ксения
Евгеньевна

Спасибо за вопросы, сейчас я постараюсь постепенно на них ответить. Во-первых, как выживали те, кто потерял карточки. Городские власти разработали специальную систему мер помощи людям, у которых карточки либо потеряны, либо украдены (встречается довольно часто). Они должны были написать заявление в милицию об утере либо кражи карточки, приложив к нему подтверждение о выдачи карточки, чаще всего это свидетельства очевидцев. с этим заявлением человек шел в Райсовет, где ему выдавалась определенная норма хлеба.Формированием продовольственных фондов, для помощи людям, у которых похищены карточки, занимался Городской отдел торговли по указанию Горсовета. Проблемы с отовариванием действительно возникали, но скорее это было вызвано дефицитом т продуктов питания и товаров. также здесь не нужно забывать специфику города - новостройка, инфраструктура только начала работу в нормальном режиме, а на ее долю уже выпали такие серьезные испытания. Во-вторых, дополнительные источники источники питания безусловно существовали. К ним моно отнести содержание личного подсобного хозяйства (огород и скотинка). это т.н. "эконом вариант", для тех, кто побогаче существовал колхозный рынок, куда крестьяне привозили с/х продукцию, которую продавали по очень высоким ценам. Так, в ноябре 1942 г. мясо стоило 250 руб./кг (гос.цена 10-12 руб./кг), молоко - 77 руб./л (гос.цена - 2 руб./л). однако, судя по архивным документам, колхозный рынок пользовался большим спросом. В-третьих, что конкретно возмущений населения не встречала (возможно потому, что основной контингент Магнитогорска - спецпереселенцы и ссыльные), однако хищения и спекуляция, конечно, процветали. но здесь нельзя рассматривать только как социальный протест, т.к. для некоторых хищения были единственным способом выжить. Еще нужно заметить, что хищения и спекуляции процветали еще в период строительства города и совершенно не будет верным сказать, что в годы войны хищения и спекуляция резко усиливается. Еще раз спасибо за вопрос, надеюсь я смогла на него ответить.



2015-03-06