Некрасов Вячеслав Лазаревич, "«Битвы коалиций»: Госплан СССР, группы интересов и экономика Сибири (вторая половина 1950-х – первая половина 1960-х гг.): опыт создания аналитического нарратива" кандидат исторических наук, доцент Су


кандидат исторических наук, доцент Сургутского государственного педагогического университета

«Битвы коалиций»: Госплан СССР, группы интересов и экономика Сибири (вторая половина 1950-х – первая половина 1960-х гг.): опыт создания аналитического нарратива[1]

 

Работа выполнена при поддержке РФФИ (проект № 11-06-90735-моб_ст).

 

В данной работе предлагается новый междисциплинарный подход для исследования государственной политики социально-экономического развития регионов Сибири второй половины 1950-х – первой половины 1960-х гг.

В фокусе внимания исследования находится проблема формирования и функционирования организованных групп агентов - отраслевых и региональных лобби, создаваемых для реализации  узкогрупповых интересов в советской экономике. В российской и зарубежной историографии признается существование в советской экономике групп организованных агентов.[Грегори, 2008; Некрасов, 2012; Шубин, 2001]. Однако, проблема формирования и функционирования групповых интересов в советской экономике остается малоисследованной темой в российской историографии. Имплицитно данная проблема рассматривалась в ряде исследований по политической и социально-экономической истории Сибири второй половины ХХ в. [Коновалов, 2006, Тюменский индустриальный «взрыв», 2011]. Однако, в историографии вопрос формирования групп интересов, практиках ими лоббирования индустриальных проектов объясняется в рамках простых (линейных) аналитических схем и «моделей» - «региональная/отраслевая инициатива (проект) - результат», «государственная директива - результат». Так, в новейших исследованиях, посвященных экономической истории Сибири утверждается, что «Конец 1950-х – начало 1960-х гг.  – стали временем активных поисков концептуальных оснований социально-экономического развития Сибири. В связи с этим на первый план снова выдвигается идея рационального размещения производительных сил на основе создания преимущественно индустриальных производств. Теперь, … эта идея…, активно разрабатывается, вносится в  государственные планы и решения, в которых предполагается учитывать интересы территории во вторую очередь после интересов страны».[Азиатская часть России, 2012].

Фактически в исследованиях остаются без внимания и игнорируются множество методологических вопросов – «как  формировались группы интересов?», «каковы были формы организации участников групп интересов?», «каковы были механизмы принятия альтернативных решений», «каким образом осуществлялся выбор стратегии агентами», «какую роль играли информационные издержки и проблемы мотивации поведения агентов в принятии экономических решений?», «какую роль играла длительность истории индустриального проекта при принятии решении о его реализации» и т.п.

Объяснение этих вопросов имеют ключевое значение для построения реалистичного нарратива государственной политики социально-экономического развития регионов Сибири второй половины 1950-х – первой половины 1960-х гг. Возможности архивных документов и аналитических моделей позволяют отойти от таких упрощающих схем анализа государственной политики социально-экономического развития Сибири в исследуемый период.

В данном исследовании предлагается подход, основанный на использовании методологии новой институциональной экономической истории и теории (стратегических) игр, дополняемые контекстуальным анализом. Данные подходы были интегрированы в едином методологическом подходе - методологии аналитического нарратива. Аналитический нарратив предполагает, что конечным результатом анализа тех или иных исторических явлений или событий выступает не просто традиционный исторический нарратив, а повествование, в котором событийный ряд выстраивается, исходя из выбранных теоретико-методологических оснований. Исследователи, применяющие инструментарий аналитического нарратива, [Р. Бэйтс, А. Грейф, М. Леви, Б. Вайнгаст, Ж.-Л. Розенталь] определяют его как комбинацию аналитических инструментов (моделей), которые обычно применяются в экономических и политических науках с описательной (нарративной) формой, которая обычно применяется в исторической науке… он [аналитический нарратив] уделяет большое внимание историям, оценкам, и контексту. [Analytic narratives, 1998. P. 10, 11-14;172. Alexandrova, 2009; Kiser, Welser, 2007; Levi, 2004]. Диапазон моделей способных выступить основой для аналитического нарратива включают модели, применяемые в новом институционализме, эволюционной и поведенческой экономике. [Analytic narratives, 1998; Kiser, Welser, 2007].

Методика применения аналитического нарратива предполагает следующие действия. Выбирается конкретная историческая ситуация. На основе анализа исторических источников и историографии идентифицируются ключевые стратегические игроки, их цели, предпочтения, правила, которые структурируют поведение игроков, выбранные ими стратегии и, наконец, исходы взаимодействия. После этого для интерпретации данной проблемной ситуации по индукции конструируется контекстно-специфическая модель, задача которой – отразить существо проблемы и показать, каким образом выявленные исходы или события могли развиваться как равновесные решения в игре. Модели строятся и/или берутся готовые, исходя из принципа зависимости от траектории предшествующего развития (path dependence), когда последовательность событий важна с точки зрения выявления механизма причинности.

На следующем этапе поведение игроков анализируются в рамках построенной модели методом дедукции, то есть на основе модели делаются предсказания относительно наблюдаемых, а, следовательно, не учтенных в ней компонентов института. Эти предсказания сравниваются с историческими данными. Совпадение теоретических предсказаний с характеристики реальности означает, что построенная модель верна, несовпадение ведет к корректировке модели и новому сравнению с историческим контекстом. Верифицируя теоретические задачи с помощью исторических реалий, исследователь переходит от известных данных к модели и обратно до тех пор, пока модель не будет отражать реальность. После этого модель может быть использована для широких выводов и обобщений. Если совпадения не удается достичь, то теория отвергается.[Analytic narratives, 1998. P. 194-230].

Аналитический нарратив основан на методе изучения конкретных исторических ситуаций, - метод case study, которым дополняется институциональный анализ. Применение метод study, по мнению А. Грейфа, «особенно перспективно, если учесть отсутствие дедуктивной теории институтов, степень их разнообразия, интерес к всестороннему пониманию отдельных институтов в политических целях и потребность в разработке общих положений, касающихся институтов».[Greif, 2006. P. 21]. Не все исторические события поддаются анализу с помощью аналитического нарратива. Критериями для отбора конкретных кейсов служат следующие (перечислены по важности): возможность выявлять каузальные взаимосвязи, возможность построить аналитическую модель, возможность объяснять конкретные события и результаты и возможность распространять сделанные обобщения на другие кейсы.[Analytic narratives, 1998; Greif, 2006].

С точки зрения аналитического нарратива, выбранный нами объект исследования – формирования организованных групп агентов в советской экономике второй половине 1950-х - первой половине 1960-х гг. предоставляет репрезентативный эмпирический материал для разработки и апробации аналитических моделей, поскольку насыщен межведомственными и межгрупповыми конфликтами при разработке и реализации множества индустриальных проектов, появлением новых стратегических игроков, стремлением высшей политической власти изменить модели экономического поведения стратегических игроков, повысить качество информационного обеспечения процесса планирования и оперативного управления экономикой.

Таким образом, предметом анализа данного исследования выступают стратегии, доказавшие свою способность обеспечивать успех агентов, которые им следуют.

Определение Госплана СССР в качестве отправной точки анализа связано с рядом обстоятельств. Во-первых, в советской экономической системе Госплан СССР был одним из ключевых органов государственной власти, отвечавший за подготовку государственных народнохозяйственных планов, координировавший деятельность различных ведомств, контролирующий и отстаивающий «общегосударственные интересы» в борьбе с «ведомственным эгоизмом» и местничеством. 

Во-вторых, Госплан СССР - государственный институт, наделенный полномочиями по утверждению проектов, включению их в «титульные списки» народнохозяйственного плана, что создавало правовую базу для выделения финансовых и материальных лимитов и начала работы над проектами. Госплан СССР выступал координатором проектов, которые носили межведомственный характер, и мог устанавливать приоритеты при реализации проекта, если он того пожелает. Для включения проекта в титульные списки плана министерствам и ведомствам было необходимо предоставить в Госплан СССР технико-экономическое обоснование проекта и схематический план проекта. Данная техническая документация должна была пройти экспертизу в соответствующих отделах и Совете технико-экономической экспертизы Госплана СССР. Индустриальные проекты, успешно проходившие экспертизу и признававшиеся экономически оправданными, включались в титульные списки планов [Gregory, 1990. P. 30-38]. Тем  самым, Госплан СССР являлся объектом лоббирования со стороны различных групп агентов, образовавших «коалиции поддержки» своих проектов.

В-третьих, лоббирование индустриальных проектов в советской экономике во второй половине 1950-х – первой половине 1960-х гг. осуществлялось, как правило, не отдельными министерствами или ведомствами, а группами интересов, образующими «коалиции поддержки», которые выступали как агенты, способными оказывать давление на «политико-бюрократические центры власти».

Стратегии агентов анализируются на примере реализации шести крупных индустриальных проекта в регионах Сибири во второй половине 1950-х – первой половине 1960-х гг. - строительство Нижне-Обской ГЭС и освоение нефтегазовых ресурсов на Севере Западной Сибири, строительство Красноярской и Братской гидроэлектростанций в Восточной Сибири, строительство горнометаллургических комбинатов в Западной Сибири, строительство Байкальского целлюлозно-бумажного комбината. На основе анализа архивных документов выдвигается гипотеза, что институциональным решением проблемы агентских отношений в советской экономике второй половины 1950-х - первой половины 1960-х гг. при разработке и реализации крупных индустриальных проектов выступили неформальные «коалиции поддержки» - институт многосторонних неформальных соглашений, позволяющий разрешать межведомственные конфликты. Возможность реализации того или иного индустриального проекта зависела от способности агентов, формировать «коалиции поддержки».[Некрасов, 2012].

 

Литература:

  1. Alexandrova A. When analytic narratives explain //  Journal of the Philosophy of History. 2009. 3. - P. 1-24
  2. Analytic Narratives / Bates R.H., Greif A., Levi M., Rosental J-L., Weingast B.R. – Princeton, 1998. 
  3. Gregory P.R. Restructuring the Soviet Economic Bureaucracy. – Cambridge, 1990.
  4. Gregory P., Stuart R. Russian and Soviet Economic Performance and Structure. 7th ed. – L., 2001.
  5. Greif A. Institutions and the  Path to the Modern Economy. Lessons from Medieval Trade. – Cambridge, 2006.
  6. Kiser E., Welser H.T. The Microfoundations of Analytic Narratives // Sociologica. 2007. № 3. – P. 1-13
  7. Levi  M. Modeling Complex Historical Processes with Analytic Narratives // Problems and Methods in the Study of Politics / I. Shapiro, R. Smith, T. Masoud (eds.). – Cambridge, 2004. – P. 201-226 
  8. Азиатская часть России: моделирование экономического развития в контексте опыта истории / отв. ред. В.А. Ламин, В.Ю. Малов. - Новосибирск, 2012.
  9. Грегори П. Политическая экономия сталинизма. – М., 2008.
  10. Коновалов А.Б. Партийная номенклатура Сибири в системе региональной власти (1945-1991). – Кемерово, 2006.
  11. Некрасов В.Л., Стафеев О.Н. Госплан СССР и проект Нижне-Обской ГЭС (1958–1963): лоббирование, коалиции интересов, оппортунизм // XIII апрельская международная научная конференция по проблемам развития экономики и общества [Текст]: в 4 кн. / отв. ред. Е. Г. Ясин; Нац. исслед. ун-т «Высшая школа экономики». - М., 2012. Кн. 4. – С. 360-368
  12. Некрасов В.Л., Стафеев О.Н., Хромов Е.А. Нефтегазовый комплекс СССР (вторая половина 1950-х – первая половина 1960-х гг.): экономические и институциональные аспекты развития / Под научной редакцией профессора В.П. Зиновьева. – Ханты-Мансийск, 2012.
  13. Тюменский индустриальный «взрыв»: история мегапроекта / В.П. Карпов и др. – Тюмень, 2011.
  14. Шубин А.В. От «застоя» к реформам. СССР в 1917-1985 гг. – М., 2001.

 

 


[1] Данное исследование выступает продолжением наших предыдущих публикаций и докладов о факторах социально-экономического развития Сибири во второй половине 1950-х – первой половине 1960-х гг. - Некрасов В.Л., Хромов Е.А. Партийные, региональные и ведомственные группы интересов в формировании политики освоения Западно-Сибирской нефтегазовой провинции (1961-1965 гг.) // Вестник Томского государственного университета. История. 2008. № 3. – С. 45-54; Некрасов В.Л.    Альтернативы и траектории социально-экономической трансформации регионов Севера Западной Сибири (вторая половина 1950-х – первая половина 1960-х гг.) // Экономическая история. Ежегодник. 2010. – М., 2010. – С. 549-568; Некрасов В.Л., Стафеев О.Н. Госплан СССР и проект Нижне-Обской ГЭС (1958-1963 гг.): лоббирование, коалиции интересов, оппортунизм  // XIII Международная научная конференция по проблемам развития экономики и общества: 3-5 апреля 2012 г., НИУ-ВШЭ, г. Москва. – М., 2012; Некрасов В.Л., Стафеев О.Н., Хромов Е.А. Нефтегазовый комплекс СССР (вторая половина 1950-х – первая половина 1960-х гг.): экономические и институциональные аспекты исследования. – Ханты-Мансийск, 2012.               

 

 




Вконтакте


Facebook


Что бы оставить комментарий, необходимо зарегистрироваться или войти на сайт


Автоматический вход Запомнить
Забыли пароль?